Марина Бирюкова

Мария Египетская – едва ли не единственная святая женщина, изображаемая на иконах с непокрытой головой. С короткими белыми волосами. С мертвыми ломкими волосами, высушенными и выбеленными беспощадным солнцем пустыни. Эту портретную подробность отражает житие – редкий случай.

И не только голова непокрыта у нее на иконах, но и сама она едва прикрыта плащом старца Зосимы, нашедшего ее, как известно, в заиорданской пустыне на 47-м году ее отшельничества.

Приближается неделя Марии Египетской – я чувствую, что мне непременно нужна ее икона. В прошлые годы такого не было. С каждым годом, с каждым Великим постом я… что, думаю о ней всё больше? Нет, скорее – чувствую ее всё глубже, хотя объяснить себе этого чувства не могу. Каким образом она присутствует в моей жизни, в моей душе, эта египтянка, раскаявшаяся блудница и пустынница? Грубо, не по-церковному говоря, чем она меня так зацепила?..

Покупаю маленькую иконку, нахожу ей место в домашнем красном углу. «Преподобная мати Марие, моли Бога о нас» – так поет Церковь в начале Великого поста, и потом – на утрене четверга пятой седмицы, на Мариино стояние.

Преподобная Мария Египетская

Протоиерей Андрей Ткачев

Ее имя вспоминается Великим постом часто. С ее именем связано чтение Великого канона – так называемое «Мариино стояние». Ее именем названа пятая неделя Великого поста. Да и память Марии Египетской, празднуемая 1/14 апреля, как правило, попадает на время поста. Так что говорить об этой святой можно часто.

Уроки ее жития не составляют геометрически правильного рисунка, но рассыпаны щедро и часто, как зерна в землю или как звезды по небу.

Начнем, к примеру, с того, что некий монах Зосима помыслил о себе, что он преуспел в монашестве более других подвижников. Эта совершенно неоригинальная мысль подстерегает всякого человека, без лени много потрудившегося ради Бога. Свои труды в его глазах вдруг вырастают в размерах, а окружающий мир кажется бесплодной пустыней. «Есть ли еще такие, как я?» – думает человек, оказываясь в это самое время на краю опаснейшей пропасти.

«Есть. Конечно, есть», – говорит ему Бог. Вот Илия думал, что он один, а Бог тем временем сохранил Себе семь тысяч мужей, не поклонившихся Ваалу. Ради того, чтобы смириться, из жарких пустынь в Александрию приходили Великий Антоний и Великий Макарий. Один – чтобы увидеть смиренного сапожника, другой – чтобы побеседовать с двумя замужними женщинами. И тот, и другой – для того, чтобы узнать об угодниках Божиих, живущих посреди мира, а узнав, не думать о себе самих высоко.