Блаженный Августин Гиппонский

Блаженный Августин Гиппонский. Исповедь / Пер. с лат. М. Сергеенко; Предисл. иером. Симеона (Томачинского). — М. : Изд-во Сретенского монастыря, 2012. — 528 с.

«Исповедь» блаженного Августина Гиппонского на многие века стала незаменимым путеводителем для всех душ, ищущих Бога. В этом классическом произведении великого учителя Церкви переплелись автобиография, мемуары, философские трактаты, литературная критика, экзегетические штудии — все это в форме вдохновенной молитвы к Богу. Искренне и горячо, с темпераментом африканца, блаженный Августин рассказывает о самом главном в своей жизни.

«Исповедь горячего сердца»

Ее можно перечитывать бесконечно. Возможно, эта книга — лучшее, написанное когда-либо смертным.

В «Исповеди» блаженного Августина — метания и поиски всего человечества, извилистые земные дороги, страдания души, ищущей Бога, — она переворачивается, бедная, с боку на бок, везде жестко.

Прошло 16 веков, но книга читается как будто написанная вчера; доказательством тому сравнительно недавнее обращение под влиянием «Исповеди» Августина известного актера Жерара Депардье, который впоследствии ездил по всему миру с публичными чтениями книги. Причем «Исповедь» доступна как для далеких от Церкви людей, так и для «продвинутых пользователей», как для невзыскательного читателя, так и для утонченного интеллектуала. Недаром ее проходят и в светских университетах — как шедевр мировой литературы, и в семинариях — как святоотеческий труд…

«Мы должны отнести его к числу тех редких людей, отмеченных сияющей печатью гения, которые несут миру новое слово и рождаются не в каждом тысячелетии», — говорит о блаженном Августине профессор Московской духовной академии Иван Васильевич Попов, ныне прославленный в лике святых как мученик Иоанн[1].

Другой известный патролог и историк Церкви Ярослав Пеликан в своем труде «Христианская традиция» пишет о блж. Августине так: «Нет, наверное, ни одного христианского богослова, историческое значение которого могло бы сравниться с его значением… Он был универсальным гением»[2].

Нина Павлова

Сейчас уже самой не верится: неужто было такое время, когда можно было подолгу сидеть «при ногу» старца, внимая богомудрым словам архимандрита Иоанна (Крестьянкина)? Правда, случалось это нечасто – старца всячески «оберегали» от посетителей. И картина обычно была такая – батюшка выходит из храма, а множество паломников, приехавших в монастырь на совет к старцу, бросаются к нему.

– Батюшка, – кричит через толпу какая-то женщина, – сын пропал месяц назад. Может, жив или убили его?

Старец оборачивается к плачущей женщине, но поговорить им не дают. Какие-то люди (охранники, что ли?) отпихивают женщину от старца, а его самого быстро-быстро ведут через толпу, профессионально подхватив под руки. Только женщина не унимается, бежит за старцем и кричит, захлёбываясь от слёз:

– Батюшка, родненький! Сын единственный! Матерь Божья, спаси, помоги!

И тут батюшка как-то выворачивается из рук охранников и благословляет женщину, утешая её:

– Жив ваш сын и скоро вернётся.

Вот так и общались со старцем – на ходу, на бегу, чаще письменно, передавая свои вопросы через келейницу Татьяну Сергеевну и через неё же получая ответ. А сын той женщины уже наутро приехал домой.